. под Коруньей сбросил в море английскую экспедиционную армию. Однако после этого успеха, не отвечавшего, впрочем, в полной мере ожиданиям Императора, герцог Далматский (этот титул маршал получил в 1808 г.) часто терпит не­удачи. Особенно серьезным ударом по его репутации было поражение под Опорто в мае 1809 г. от лорда Уэллесли. Но блестящая победа над испанскими войсками под Оканьей (19 ноября 1809 г.) - во многом заслуга Сульта, достойно он сражался и в конце 1813 - начале 1814 гг., когда с остатками армии короля Жозефа ему пришлось сдерживать наступление превосходящих сил Веллингтона. В общем же, маршал Сульт, несмотря на ряд существенных недостатков (в частности, подобно Массена, он был крайне алчен), конечно, значительный полководец, но, как и герцог Риволийский, вероятно, не может быть поставлен на один уровень с Даву и Сюше.
    Часто среди самых выдающихся стратегов и тактиков своего времени историки упоминают имена маршалов Сен-Сира и Макдональда. В опубликованной в 1981 г. биографии Гувийона Сен-Сира, принадлежащей перу Кристианы д'Энваль, есть даже такая фраза: «Если не считать Наполеона, Гувийон Сен-Сир представляется нам как самый интеллектуальный и самый умный из всех полководцев своей эпохи... Справедливо сравнивали его битвы с шахматной партией. Он ду­мал обо всем, вычислял все, выстраивал все комбинации, подготовлял мельчайшие движения войск, ничего на оставляя на волю случая...» Мадам д'Энваль, видимо, не учла, что война - это не игра в шахматы, это, как выразился Клаузевиц, «область опасности», «область физических страданий и усилий», борьба, мобилизующая все физические и духовные силы человека, борьба с усталостью, слабостью, сном, страхом, холодом, жарой, неизвестностью.
Наконец, для командующего - это умение «пламенем своего сердца, светочем своего духа... воспламенить жар стремления у всех остальных», умение повести за собой, заставить поверить в себя тысячи людей настолько, чтобы они беспрекословно шли за тобой навстречу смертельной опасности... Поэтому, разумеется, если бы Сен-Сир готовил и проводил свои операции лишь как игру в бессловесные деревянные фишки, он не одержал бы побед под Кастель-Франко, Калдеу, Молина-дель-Рей, Варлсом и Полоцком. И все же биограф в чем-то действительно права: Сен-Сир был в определенной степени немного «шахматистом». Замкнутый, холодный, мало интересующийся состоянием своих подчиненных, «филин», как прозвали его в армии, Гувийон Сен-Сир не пользовался особенной любовью солдат, а для полководца это уже серьезный недостаток. Наконец, мемуаристы, подчас абсолютно противоречащие друг другу, единодушно отмечают за Сен-Сиром такую черту, как крайний эгоизм, доходивший до того, что он испытывал удовольствие, если узнавал о поражениях других военачальников, имевших несчастье оказаться рядом с ним во время проведения военных операций. Сам Наполеон на Святой Елене сказал о Сен-Сире: «Он не идет в огонь, ничего не осматривает сам, дает разбить своих товарищей...» В общем, маршал Гувийон Сен-Сир навряд ли заслуживает приведенных восторженных эпитетов.
    Что же касается Макдональда, то, несмотря на его таланты и бесспорную отвагу (впрочем, как ясно из всего вышесказанного, последним качеством в Великой Армии было трудно кого-либо удивить), определенной популярности среди историков он обязан, по всей видимости, прежде всего своим мемуарам. Если о Наполеоновской эпохе не читать ничего, кроме воспоминаний этого маршала, то можно вообразить, что он являлся лучшим полководцем Европы, и если французская армия терпела где-либо поражения, то, конечно, из-за отсутствия на командном посту герцога Тарентского (титул с 9 декабря 1809 г.). Однако бесцветное командование Макдональда Каталонской армией в 1810 г., вялые действия в ходе кампаний 1813-1814 гг., и особенно поражение под Кацбахом (26 августа 1813 г.), показывают не только беспочвенность подобных притязаний, но и, безусловно, ставят его значительно ниже первых трех из отмеченных военачальников Империи.
    Другой знаменитый герой эпопеи - маршал Ланн. Полный порывистости и отваги, прямолинейный и честный, весь - буря, энергия, энтузиазм; сын крестьянина Жан Ланн, маршал Империи и герцог Монтебелло, был совсем не похож на педанта Сен-Сира или самовлюбленного Макдональда. Его обожали солдаты и шли за ним, не колеблясь, в пекло. На поле боя Ланн уверенно и точно направлял массы войск, был прекрасным тактиком, умел заставить людей выполнять свой долг в самой тяжелой обстановке, как под Сарагосой. «Ланн был Ахиллом армии, ее карающим мечом...»,-будет восторженно вспоминать о нем Император на острове Святой Елены. Однако герцог Монтебелло погиб в расцвете сил: ему едва исполнилось сорок лет, он не успел получить крупного самостоятельного командования на театре военных действий, и поэтому у нас нет возможности дать оценку его качествам полководца. Вполне возможно, что он был бы самым лучшим из всей плеяды военачальников Империи.
    
    
    Ж.-Н. Жуй. Маршал Бернадотт, князь Понте-Корво (1763-1844).
    
    Что же касается остальных: Бернадотта, Бессьера, Лефевра, Мортье, Мюрата, Нея... можно отметить, что при огромной разнице судеб этих людей, их темпераментов и моральных качеств, все они были, очевидно, не более чем лучшими или худшими исполнителями.
    Наконец, еще одна общая для всех маршалов черта часто мешала им раскрыть на поле брани свои полководческие таланты. Этой чертой было соперничество, доходившее порой до крайних пределов. Вообще говоря, соперничество между высокопоставленными генералами - явление вполне естественное в любой армии. Вспомним, например, непримиримое противостояние Барклая и Багратиона в русской армии в начале войны 1812 г
[<<--Пред.] [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [След.-->>]
Статьи о Киевской Руси:
Образование Киевской Руси
В средине IX века территория Древней Руси напоминала разноцветную мозаику раннегосударственных формирований. Северное объединение славянских племён с вкраплениями финно-угорских народов сложилось вокруг Новгорода, южные славянские земли. ...
читать главу
Княжение Олега
Князь Олег, прозванный в народе «Вещим», был родичем князя Рюрика, захватившего в 862 году власть в Новгороде. Единого мнения о степени их родства летописи не придерживаются, но ясно, что Олег был варяжского происхождения… После смерти Рюрика он унаследовал. ...
читать главу
Интересные статьи
Болгария
Oтношение большинства русских людей к Болгарии — особое и имеет глубокиe корни. Кто-то, еще во времена нашей вечной дружбы, хорошо провел отпуск в Албене или на Золотых Песках. Другие предпочитали курить «Родоп» и «Шипку», а не дрянные «Памир» или «Дымок». Не забудем также «Плиску», «Сълнчев брег» и прочие маленькие радости отечественной интеллигенции.
читать статью