роль пехоты
пехота на заре становлен.
битва под Касилинумом
армия
битва
Византийские армии более позднего периода
Завоевания арабов
Северная Европа
Норманны против англосаксов
Англо-норманнский период
Битва под Арзуфом — 1191 г.
Пехота крестоносцев
битва
Бидо
Альмогавары
Фризы
Куртре -1302 г.
Баннокберн —1314 г.
Первый день
Второй день
Тактические приемы времен Столетней войны
Английская система»
Битва при Азенкуре — 1415 г
План французов
Английская диспозиция
битва
Швейцарцы - в учении воинскому ремеслу
Армия Карла Смелого
Бургундцы против швейцарцев, 1476-1477 гг. - Грансон, Мюртен, Нанси
Янычары
Гуситы

Кавалерия варваров
Гуннская конница
Технологические инновации
Положение копья и ударная
Кавалерийская атака
Византийская кавалерия
Арабская конница
Карл Великий и Каролинги
Кавалерийская атака
Конное войско
Битва при Гастингсе - 14 октября 1066 г.
Противоречия в вопросе
Наследования престола
Высадка Вильяма
Диспозиция
Битва
Эра конницы — рыцарство и турниры
Битва при Леньяно — 29 мая 1176 г.
Кампании Фридриха
битва
Рыцарство
Турниры
Появление кованых лат
Битва при Бувине - 27 июля 1214 г.
Расстановка сил
Битва
Упадок кавалерии
Крупномасштабные сражения
Господство пехоты
Битва при Никополе — 25 сентября 1396 г
битва

Племенной строй и феодализм
Строение племенных армий
Светские и религиозные войны
Монгольское вторжение в Европу. Легница —1241 г.
Военные ресурсы
Консолидация власти
Альбигойские войны. Мюре — 1213 г
Планирование
Тактические приемы
Выбор местности
Засада или атака со скрытой позиции
Своевременное свертывание преследования
Охват «в клещи»
Отвлекающая атака
Опрокидывание фланга
Война за кастильское наследство. Нахера -1367 г.
Связь
Проблемы и способы их решения
«Морские десантники»
Средневековья
Как пробить стену из щитов?
Как одолеть всадника с копьем?
Отход и атака
Стены на колесах
Превосходство в вооружении
Столетняя война — Верней, 1424 г.
Дисциплина
Мотивации

Осадная техника античности
Раннее Средневековье в Европе
Викинги и осада Парижа
Осада Парижа - 885-886 гг.
Строительство замков
Классические ранние замки
Осада Монтрёй-Белле - 1149-1151 гг.
Круглые башни и укрепления
Замки крестоносцев
Осада Шато-Гайяра - 1203-1204 гг.
Осадное вооружение «высокого» Средневековья
Метательные машины
Осадные башни
Обманные приемы в осадном деле
Концентрические замки
Осадное вооружение на более позднем этапе Средневековья
Осада Константинополя. 1453 г.
Наступление новой эры

Средиземноморье
Эра викингов
Кампании викингов на Сене - IXв.
Регулярные флоты
Крестовые походы
Четвертый крестовый поход. Константинополь -1203-1204 гг.
Война на Средиземном море на более позднем этапе Средневековья
Битва у Мальты - 1283 г.
Северные воды — борьба за господство в Ла-Манше
Битва при Слойсе — 1340 г.
«Гонка вооружений» на море
Эволюция средневековых флотов

РЕКЛАМА НА САЙТЕ
 
РЕКЛАМА НА САЙТЕ
ВЫСШИЕ ОФИЦЕРЫ
. Однако кажется, что Тюлар оставил без должного внимания приведенные выше цифры. Хотя он отмечает, что даже в Париже принадлежность к нотаблям обеспечивалась (в зави­симости от квартала) двенадцатью - пятнадцатью тысячами франков годового дохода, в редких случаях - тридцатью пятью - сорока тысячами. В провинции же вообще в среднем было достаточно пяти тысяч франков в год, а в отдельных районах - даже и трех. Следовательно, генералитет, вне зависимости от места жительства, мог смело рассматривать себя принадлежащим к верхушке нотаблей с любой точки зрения, в том числе и с материальной; что же касается провинциалов, то для них уже и гвардейский капитан считался знатью. Принимая же во внимание доминирование в ментальное™ наполеоновского об­щества воинских ценностей - то, о чем уже говори­лось в предыдущей главе, - высшее офицерство, «знать войны», было поистине квинтэссенцией об­щества Первой Империи.
    Конечно, необходимо сделать ряд серьезных оговорок. Никто не устанавливал, да и невозможно в реаль­ности установить строгое соответствие между мерой отваги, самопожертвования, талантов, с одной сторо­ны, и социальным рангом, с другой. Предполагать воз­можность этого - значит впадать в идеализм, от кото­рого был далек Император. Размеры наград, пожало­ваний и рент нередко определялись родственными связями или вовремя сказанным комплиментом, не­жели истинными заслугами. Иначе как объяснить, что Себастиани, в общем, не самый лучший из генералов, имел ренту в два раза больше, чем несравненный ко­мандир легкой кавалерии Лассаль? Ясно также, что пожалование маршальских жезлов многим из бывших дивизионных генералов Республики было продикто­вано политическими и клановыми соображениями. Но, с другой стороны, было бы чудовищной абер­рацией, взглядом жалкого пигмея на гигантов, увязы­вать знать Империи, и прежде всего ее воинскую ари­стократию, лишь с альковными похождениями и по­литическими дрязгами. Политика, родственные связи и т.п. вносили свои коррективы, но от этого не изме­нялось основное, то, что составляло корень элиты на­полеоновского общества: воинская доблесть, самопо­жертвование, кровь, пролитая за отечество.
    Это вполне сознавали новые вельможи. Как-то старый знакомый посетил маршала Лефевра, ставше­го герцогом, богачом и владельцем великолепного зам­ка. Зависть к успеху слишком ясно выразилась на ли­це визитера. Тогда Лефевр предложил ему отдать все свои богатства, но при одном условии: посетитель дол­жен испытать всю меру опасности, которую маршал испытал в своей жизни. «Мы выйдем в сад, я выстре­лю в тебя шестьдесят раз из ружья, и после этого, ес­ли я тебя не убью, - все это твое»15. Как легко можно догадаться, старый приятель Лефевра не выказал бур­ного энтузиазма по поводу возможности обогащения подобным образом.
    В вышесказанном о военачальниках Империи мы сознательно не говорили до сего момента о моральном вознаграждении. Мы стремились показать, что даже с чисто материальных позиций военная знать домини­ровала над богачами, банкирами и фабрикантами. Что же касается общественного престижа «людей шпаги» в эпоху Наполеона, здесь вообще не приходится спо­рить. Блеск карет и пышные свиты маршалов Импе­рии ослепляли парижских буржуа, звон шпор и весе­лые, уверенные голоса молодых генералов заставляли притихнуть в любом салоне биржевого воротилу.
    Но, разумеется, венцом социального престижа для полководцев Наполеона было, как уже указывалось, со­здание дворянства Империи. Верхушкой этого дворян­ства стали маршалы и генералы.
    Пять маршалов получили титул князей Империи (один из маршалов - Бертье - стал владетельным князем Невшательским);
    17 маршалов и 5 генералов получили титул герцогов;
    5 маршалов и 168 генералов стали графами;
    623 генерала - баронами;
    88 генералов - рыцарями Империи.
    Когда речь идет о дворянстве Империи, часто вспо­минают эфемерность этого института, а исторические труды полны анекдотов о неотесанности ряда новых вельмож (в особенности их супруг). Говорят, что ни­какого де особенного значения это дворянство не имело, социальный престиж его был слаб, и историче­ски оно не смогло победить старую знать... Очевидно, было бы чудовищным извращением и иезуитской из­девкой требовать от дворянства Империи, не просуще­ствовавшего и десяти лет, такой же стабильности и пре­стижа в последующие эпохи, какими они были у зна­ти тысячелетней французской монархии. Необходимо также обратить внимание, откуда исходит информа­ция о грубых мужланах, наполнивших парижские са­лоны. Знаменитые анекдоты оказываются не более чем брюзжанием старух из Сен-Жерменского предместья и всех тех, кто завидовал успеху новых людей. Как мет­ко сказал специалист по истории знати в период Им­перии Жером Зисенисс, «проще, конечно, было смеять­ся над неловкостью этих "герцогов из дурных семей", чем завоевать, как они, с мечом в руке свои громкие ти-тулы». Лучше вспомнить то, как встретила гордая ста­рая знать известие о рентах, которые раздавал Импе­ратор: «В Сен-Жерменском предместье рассказывают, что мадам де Монморанси и мадам де Монтемар по­лучили от Императора дотации на их мужей в виде ренты в 140 000 ливров, - свидетельствует бесстраст­ный рапорт парижской полиции от февраля 1810 г. — Подобная новость заставила многих людей из этого круга пожалеть о том, что они слишком долго ждали случая для представления Его Величеству...» Что же касается тех из «бывших», кто не шушукался по углам, а пошел вместе со всей молодежью Франции выковы­вать себе новые гербы на поле чести, они думали ина­че, чем их родители. Молодой офицер, ординарец На­полеона, отпрыск знатнейшего рода Анатоль де Монтескью вспоминал: «Это новое учреждение (дворянство Империи) было словно великолепным пиром, где цар­ствовали заслуги и слава».
    
[<<--Пред.] [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [След.-->>]
Статьи о Киевской Руси:
Игорь Рюрикович
После смерти князя Олега в 912 году править в Киеве стал сын Рюрика Игорь. До этого он был лишь соправителем своего старшего родича. Правил князь Игорь Русью более 30 лет и время это сложно оценить однозначно. Кроме «Повести временных лет», о нём достаточно. ...
читать главу
Святослав Игоревич
Впервые Святослав принял участие в битве будучи ребёнком. В сражении с древлянами в 947 году он, сидя на коне, метнул копьё в их сторону. Вся жизнь князя Святослава была одним большим походом. Карта времён его правления вдоль и поперёк иссечена стрелами походов к. ...
читать главу
Инженерные войска армии Наполелна
Э. Детайль. Саперы во время подготовки штурма. Несмотря на то что фортификационные сооруже­ния дореволюционной Франции славились своим ка­чеством во всем мире, а королевская армия слыла осо­бо искусной в осаде крепостей, сооружении полевых укреплений и. ...
читать главу
    История.ру - мировая история и история России